Европа ускоряет создание дальнобойных наземных ракет на фоне конфликта
Европа наращивает собственные возможности дальнего удара
Долгое время европейские страны в вопросах дальнобойного оружия опирались на США, но сейчас стремление к автономии в обороне ускорилось. Франция выразила заинтересованность в участии в международной программе по созданию семейства наземных высокоточных ракет с дальностью свыше 2000 км, способных поражать военные цели на территории России.
О программе
Проект был инициирован Великобританией и Германией в 2024 году. Планируется, что новые комплексы станут на боевое дежурство в начале 2030‑х годов. В рамках программы рассматриваются как стелс‑крылатые ракеты, так и гиперзвуковые средства, способные двигаться по сложной траектории и развивать очень высокую скорость.
Почему это стало приоритетом
Россия широко использует наземные ракеты для ударов по Украине и располагает дальнобойными комплексами, в том числе в Калининградской области. Это подтолкнуло европейские государства к созданию собственных средств для сдерживания возможной агрессии.
У Европы уже есть морские и воздушные крылатые ракеты, такие как Storm Shadow/SCALP с дальностью около 300 км, но для нанесения ударов по глубоким целям платформам пришлось бы подходить близко к границам противника.
Политический фон
Инициатива получила дополнительную актуальность после отмены планов по размещению в Европе батальона с дальнобойным вооружением, включая комплексы «Томагавк». Ранее это рассматривалось как временное решение, пока Европа не создаст собственные возможности нанесения ударов на большие расстояния.
Три страны намерены обсудить проект в начале июня.
Вклад частного сектора
Над дальнобойными решениями работает и частная компания Destinus, основанная предпринимателем Михаилом Кокоричем. Компания поставляет дроны и малые крылатые ракеты и планирует ввести в производство ракету с дальностью более 700 км в текущем году, а также разрабатывать боеприпас для ударов на 2000 км.
«Дальнобойные ракеты — один из самых серьёзных пробелов в суверенном потенциале европейской обороны», — отметил Михаил Кокорич.
