На что рассчитывает Лукашенко в «большой сделке» с США и Трампом

Александр Лукашенко изложил своё видение возможной «большой сделки» с США. По его словам, политзаключённые и санкции — лишь второстепенная тема. Чем именно он намерен торговаться с Дональдом Трампом?

В беседе с ведущим российского телеканала RT Риком Санчесом Александр Лукашенко признал, что разговоры о «большой сделке» с США ведутся уже давно. Он подчеркнул, что личная встреча с Дональдом Трампом для него не самоцель: «Приятно было бы увидеть этого человека с глазу на глаз и пожать ему руку, но это не главное. Мы не только люди, которые хотят пообщаться, мы ещё и президенты, поэтому встреча должна быть подготовлена».

Чего именно Лукашенко ждёт от такой сделки с Вашингтоном, эксперты попытались оценить по его заявлениям и текущим переговорам.

Лукашенко заявляет, что до возможной встречи с Трампом между Минском и Вашингтоном должно быть подготовлено к подписанию «соответствующее соглашение». Он настаивает, что поездка в США не должна выглядеть как визит «вассала к императору»: «Это не напыщенность и не петушиная политика, а позиция реального президента, который уважает свой народ. Мы готовы к встрече и к сделке, но её нужно подготовить так, чтобы в ней были учтены интересы и США, и Беларуси».

По словам Лукашенко, неверно представлять дело так, будто «у американцев только один интерес — освободить так называемых политзаключённых в Беларуси, а взамен снять санкции». Он называет «политзаключённых и санкции мелочью» и утверждает, что есть «куда более серьёзные вопросы», которые должны составить основу «большой сделки».

Экс‑дипломат, руководитель Агентства евроатлантического сотрудничества Валерий Ковалевский считает, что для Лукашенко поездка в США имеет принципиальное значение: «Это вершина его политической карьеры. За всё время его правления ещё не было, чтобы он встречался с президентом США для полноценных переговоров».

Ковалевский напоминает о текущем контексте: «Суверенитет и независимость Беларуси находятся под угрозой. Продолжается война, и есть сценарии, при которых Россия может попытаться вовлечь Беларусь в военное противостояние не только с Украиной, но и с западными странами. Для Лукашенко крайне важно, чтобы визит в США состоялся и помог отстоять его интересы, которые, в конечном счёте, сводятся к сохранению личной власти. А чтобы распоряжаться этой властью, ему приходится думать о том, как укреплять суверенитет Беларуси».

Политолог Валерий Карбалевич полагает, что Лукашенко важен весь пакет возможных уступок, включая отмену американских санкций и сделки по белорусскому калию: «Опираясь на эти договорённости, он рассчитывает обойти или ослабить европейские ограничения и прежде всего восстановить доступ к Клайпедскому порту, через который раньше шёл транзит калийных удобрений. Зацепившись за калий как за одно звено, Лукашенко надеется вытянуть всю цепочку. Плюс — попытаться прорвать дипломатическую блокаду на западном направлении, ведь в Европе его не признают президентом Беларуси. Для него крайне важно добиться признания со стороны западных государств и вырваться из изоляции».

Историк и политический обозреватель Александр Фридман считает, что в рамках «большой сделки» речь может зайти обо всём спектре шагов к нормализации отношений: «Это и возвращение посла США в Беларусь, и, возможно, возобновление прямого авиасообщения, и экономические проекты. Лукашенко заинтересован в американских инвестициях. Освобождение политзаключённых в обмен на отмену санкций для него — лишь ступенька к более масштабным экономическим договорённостям».

Контакты между белорусскими властями и администрацией Трампа идут уже больше года. За это время на свободу вышло несколько групп политзаключённых, были сняты американские санкции с белорусских калийных удобрений, а также с авиакомпании «Белавиа», ряда банков и Минфина. Однако ключевая «большая сделка», предполагающая освобождение всех политзаключённых в Беларуси, пока не заключена.

По оценке Валерия Карбалевича, сейчас неясно, какая сторона является основным тормозом: «Переговоры идут в закрытом режиме. Можно предположить, что если бы Лукашенко решился на более масштабное освобождение политзаключённых, процесс, возможно, пошёл бы быстрее».

Ковалевский считает, что ближайшие месяцы — решающий период, когда Лукашенко следовало бы довести переговоры до финала: «Темп задаёт внутренняя ситуация в США, где готовятся промежуточные выборы в Конгресс. Когда кампания войдёт в активную фазу, у Дональда Трампа и его команды останется гораздо меньше времени на белорусское направление». При этом он подчёркивает, что успех сделки зависит и от готовности Лукашенко и его окружения вести переговоры, идти на уступки и компромиссы.

Фридман отмечает, что Лукашенко отчётливо понимает: диалог с ним в Вашингтоне начали только потому, что увидели в нём потенциально полезный фактор в контексте урегулирования войны в Украине. «Международная обстановка меняется настолько быстро, что любое соглашение может быть перечёркнуто новыми кризисами — войной на Ближнем Востоке, ухудшением отношений между США и Китаем или США и Россией. В такой ситуации тянуть время и надеяться на что‑то может оказаться не самым разумным, и Лукашенко стремится заключить сделку как можно скорее», — говорит эксперт.

По мнению Валерия Карбалевича, Лукашенко стремится включить в «большую сделку» целый пакет вопросов: «Для него важны гарантии со стороны США, что он не повторит судьбу Николаса Мадуро в Венесуэле или иранского руководства». Политолог напоминает, что Вашингтон уже демонстрировал готовность к решительным шагам, если считает ситуацию принципиальной.

«Вероятность того, что с Лукашенко произойдёт то же, что с Мадуро, невелика, — отмечает Карбалевич. — Но у страха глаза велики. Не случайно спецпредставитель президента США Джон Коул после переговоров в Минске сказал, что Лукашенко до чертиков напугали события в Венесуэле и Иране — видимо, именно такое впечатление произвели на него разговоры с белорусским лидером».

Валерий Ковалевский считает, что обсуждать реальные американские гарантии Лукашенко пока преждевременно: «Он, по сути, остаётся союзником России, а не США, чтобы Вашингтон стал брать его под своё крыло. Такие ожидания со стороны Лукашенко выглядят завышенными».

По словам экс‑дипломата, если сделка всё же будет заключена и появятся новые договорённости, способствующие нормализации отношений, «в какой‑то перспективе подобные разговоры возможны». Однако, добавляет он, вряд ли Москва захочет уступить Вашингтону роль гаранта безопасности Лукашенко.