Падение цен на нефть обрушило нефтяные доходы и усилило бюджетный разрыв

Цены на Urals серьёзно упали — за месяц и с пиковых апрельских значений. Несмотря на рекордный экспорт, выручка нефтяников и поступления в казну сократились, что увеличило дефицит бюджета и вынуждает власти искать дополнительные средства.

Резкое падение цен и динамика сортов

Цена российской марки Urals зафиксирована на уровне примерно $44,96 за баррель (по состоянию на 26 июня). С начала июня котировки Urals упали примерно на 40%, а по сравнению с апрельскими пиковыми значениями — почти в 2,5 раза (в апреле цена доходила до ≈$115/баррель).

Дальневосточный сорт ESPO торгуется дороже — около $61,27 за баррель, но и он показал снижение: примерно −20% с начала июня и −36% с начала мая, откатившись к уровням начала марта.

Выручка от экспорта и состояние бюджета

Несмотря на простой НПЗ и рекордный экспорт — около 4,13 млн баррелей в сутки — выручка от нефтяного экспорта уменьшилась примерно на треть по сравнению с маем и составляет около $1,9 млрд в неделю.

Нефтегазовые поступления в бюджет за январь–май сократились примерно на 30%, дефицит бюджета вырос до порядка 6 трлн рублей, к концу июня оценивался примерно в 6,4 трлн рублей — что вдвое превышает годовой план (≈3,8 трлн).

Резервы Фонда национального благосостояния к 1 июня составляли порядка 3,4 трлн рублей ликвидных активов; с начала года эти активы сократились примерно на 600 млрд рублей и существенно уступают довоенным уровням (около 8,8 трлн руб. на 1 февраля 2022 года).

Какие риски и возможные меры

Падение котировок увеличивает давление на бюджет: текущие цены на нефть уже заметно ниже заложенных в расходную часть планов. Для покрытия разрыва Минфину потребуется привлечь дополнительные средства в размере нескольких триллионов рублей.

  • Увеличение денежной массы и дополнительное заимствование;
  • Секвестр (сокращение) гражданских статей бюджета;
  • Возможное введение новых временных налогов на сверхдоходы компаний.

Аналитики предупреждают, что эти факторы могут привести к непростым экономическим и политическим последствиям во втором полугодии, когда бюджетное давление станет более очевидным.