Если ориентироваться только на общие карты боевых действий в российско‑украинской войне, может показаться, что за последние месяцы на фронте наступило относительное затишье. Украинские войска провели ряд контрударов, которые остановили или замедлили продвижение российской армии. Однако нигде эти контратаки не обернулись разгромом крупных российских группировок: сейчас они пытаются вернуть утраченные позиции и снова перейти к более активным действиям. В то же время там, где российские войска продолжали наступление зимой и весной, им не удалось добиться значимых оперативных результатов.
Эта картина отчасти напоминает обстановку весной 2024 и 2025 годов. Тогда тоже казалось, что наступление российских войск буксует из‑за больших потерь и украинских контратак, но в мае происходил прорыв на одном из участков фронта, который поддерживали соседние группировки. К следующей зиме Украина оказывалась с заметно сокращённой контролируемой территорией. Сейчас формально складывается схожая ситуация перед летней кампанией, но создать тот самый решающий «майский импульс», который затем определяет ход всей кампании, российским войскам будет значительно труднее.
Как российская армия начинала летние кампании в прошлые годы
В 2024 году после взятия в феврале важного укреплённого узла украинской обороны в Авдеевке российские войска несколько месяцев вели изнурительные бои на её окраинах и в соседних городах — Торецке, Марьинке и Красногоровке. Украинская армия активно контратаковала по разным участкам фронта. В мае российские силы нанесли удар по стыку двух украинских группировок, прикрывавших подходы к Торецку с востока и к Покровску с запада. Слабая защита в районе Очеретино не выдержала давления, и это стало отправной точкой крупного наступления на запад и юг Донбасса.
Украинское командование тогда неверно оценило замысел противника, сосредоточив основные усилия на обороне Покровска и направив почти все резервы на наступление в Курской области. Крупнейшие российские силы в итоге повернули от Покровска на юг. К началу 2025 года Украина утратила всю южную часть Донецкой области, включая такие сильно укреплённые города, как Угледар, Курахово и Великая Новосёлка.
В 2025 году схожий манёвр был повторён. Крупные резервы были стянуты к тому же району, и российские войска прорвались к северу всего в нескольких километрах от Очеретино — у трассы Покровск–Константиновка. Удар по стыку двух украинских группировок вновь встретил лишь относительно слабый заслон. Это позволило к концу года занять Покровск и Мирноград, а также северную часть Торецка и начать бои за Константиновку. Попытка дальнейшего прорыва между Покровском и Константиновкой, однако, провалилась из‑за прибытия украинских резервов.
Почему теперь повторить такие прорывы гораздо сложнее
Сейчас российскому командованию гораздо труднее найти столь же уязвимый участок для удара. По мере продвижения к Краматорской агломерации с трёх сторон линия фронта сокращается, и украинская армия может плотнее насыщать оборону. Действия российских войск становятся всё более предсказуемыми, а украинская сторона не ограничивается пассивной обороной, регулярно переходя к контратакам.
Ситуация осложнилась и тактически — по сравнению даже с 2025 годом. Дронов на фронте становится всё больше. Они работают всё глубже по тылам, разрушая склады и маршруты подвоза. На передовой из‑за этого сокращается численность пехоты и техники, которые можно безопасно удерживать в первой линии. В таких условиях масштабные прорывы с быстрым развитием успеха становятся маловероятными для обеих сторон.
Массовое применение беспилотников лишило традиционные виды вооружённых сил — пехоту, авиацию, артиллерию — многих прежних преимуществ. Дроны не только повышают точность ударов и разведки, но и вынуждают обе стороны по‑новому строить логистику и систему укрытий, а также распределение подразделений по глубине обороны.
Ниже — обзор ключевых направлений перед началом новой летней кампании.
Константиновка: медленное продвижение и попытка «двойного охвата»
За последний месяц российские войска усилили атаки на Константиновку — самый южный крупный город Краматорской агломерации. Характер обстрелов и штурмов показывает, что на этом участке реализуется план «двойного охвата»: удары наносятся с юго‑запада и юго‑востока по центральной части города, а также по его окраинам — через Ильиновку и Новодмитровку, что должно обеспечить обход всей городской застройки по дуге.
Подразделения, которые продвигаются вглубь города с южных окраин, должны вытеснять украинские войска лобовыми атаками, а артиллерия и дроны — затруднять снабжение гарнизона, разрушая коммуникации к северу от Константиновки.
Ценой значительных потерь российским частям за несколько месяцев удалось выйти к центральным кварталам в районе завода «Укрцинк», однако их позиции там остаются неустойчивыми — украинские подразделения регулярно контратакуют, пытаясь выбить противника. Штурмовые группы заходят в центр в основном от железнодорожного вокзала на юго‑восточной окраине города, где им удалось закрепиться.
При этом обе стороны не имеют возможности постоянно снабжать и удерживать в Константиновке крупные массы войск, что придаёт боям характер ограниченных взаимных «просачиваний» небольшими штурмовыми группами. Российские силы подошли к Ильиновке на западной окраине и к Новодмитровке на восточной, но дальнейшее продвижение тормозят перебои со снабжением и действия украинских подразделений в тылу на южной окраине города. Там продолжаются бои за район у села Иванополье, где украинские силы удерживают рубеж обороны с прошлого года.
Даже при сохранении нынешнего давления быстро занять Константиновку российская армия вряд ли сможет. Коммуникации ударной группировки простреливаются на десятки километров вглубь вплоть до Горловки, а превосходство в живой силе и технике на этом участке недостаточно для решающего прорыва.
Между Константиновкой и Добропольем: затишье после тяжёлых боёв
На стыке двух украинских группировок, которые обороняют соответственно Константиновку и Доброполье (именно через этот район российская армия пыталась выйти к Краматорской агломерации в 2025 году), к маю 2026‑го сложилась относительно спокойная обстановка.
После тяжёлых боёв одна из дивизий российской 8‑й общевойсковой армии, усиленная крупными силами морской пехоты, в феврале смогла занять район Шахово и Софиевки на реке Казённый Торец. Однако продвижение в сторону Дружковки было остановлено. Судя по движениям частей, значительную часть этих сил российскому командованию пришлось перебросить в Днепропетровскую и Запорожскую области для отражения крупных украинских контратак по флангу группировки «Восток», наступающей от Гуляйполя на Орехов.
Попытка нового масштабного наступления с оперативными задачами на этом отрезке сейчас была бы слишком предсказуемой: именно здесь уже происходили прорывы в 2024 и 2025 годах, пусть и южнее — примерно на 30 и 20 километров соответственно. Похоже, украинское командование теперь лучше готово к такому сценарию.
Покровск и Доброполье: наступление выдохлось без серьёзного прорыва
После занятия Покровска и Мирнограда российские войска получили подкрепление из состава 76‑й десантно‑штурмовой дивизии и попытались без паузы развить наступление на Доброполье. Позже командованию группировки «Центр», действующей в районе Покровска, пришлось вернуть две бригады, ранее выделенные ему из состава группировки «Восток» — их перебросили для отражения украинских атак в Днепропетровской области.
На севере от Покровска результаты нового наступления ограничены. За несколько месяцев российские войска смогли занять важное село Гришино, но прямого выхода к Доброполью добиться не удалось: в районе Гришино продолжаются тяжёлые бои с активным применением артиллерии и дронов. Обе стороны скорее срывают попытки противника нарастить силы на участке, чем добиваются заметного продвижения по земле.
Северо‑восточнее Покровска подразделения 51‑й общевойсковой армии из группировки «Юг» ведут наступление от занятого ранее Родинского через Белицкое и Новый Донбасс к Доброполью. Но здесь тоже серьёзного успеха нет: украинским войскам удалось отбить западные районы Белицкого и Нового Донбасса.
Пока российская группировка на этом направлении не усилена, а украинские силы — не ослаблены, вероятность быстрого рывка к Доброполью остаётся низкой.
Гуляйполе и Днепропетровская область: атаки остановлены ценой переброски резервов
За счёт переброски частей с Покровского направления российскому командованию удалось остановить украинские атаки по северному флангу группировки «Восток». Показательно, что обе стороны усиливали свои войска зеркально именно за счёт ресурсов, снятых из района Покровска: сначала Украина собрала там ударную группировку примерно корпусного уровня, затем Россия ответила сопоставимым по численности подкреплением.
Российская армия пыталась развивать наступление на запад от Гуляйполя вглубь Запорожской области, оставив на направлении к Днепропетровской области лишь сравнительно слабый заслон и рассчитывая прикрыть северный фланг протяжённостью почти в 50 километров естественным рубежом — рекой Волчьей. Однако украинское командование, перебросив резервы, использовало плацдарм у Великомихайловки на южном берегу Волчьей и смогло вклиниться в российский тыл на 10–15 километров.
В ответ российские войска вновь штурмом заняли сёла Терновое и Берёзовое на вершине украинского вклинения. Украинские подразделения, действующие западнее этих населённых пунктов, оказались под угрозой окружения, и их наступательные действия в целом сошли на нет.
Получив подкрепление, российские части у Гуляйполя и севернее города возобновили движение на запад в сторону Орехова по двум главным направлениям: к Верхней Терсе и через Терноватое на Бойково и Риздиянку (за само Терноватое сейчас идут бои). Но темпы этих атак значительно ниже, чем зимой. Украинская армия, даже не уничтожив полностью прорвавшуюся в Запорожскую область группировку «Восток», сумела заметно замедлить её продвижение.
Славянское направление: упорные бои у Северского Донца и Лимана
С осени российские войска ведут наступление в сторону Славянска по обоим берегам Северского Донца. На южном берегу, захватив Северск, они продвинулись на расстояние около 15 километров от окраин Славянска. На северном берегу части ВС РФ подошли к самой реке, за которой уже начинаются пригороды Славянска, но пока не смогли взять Лиман — ключевой транспортный узел, без которого зачистка северного берега и дальнейшее продвижение невозможны.
В последние недели украинская армия проводила контратаки в районе Лимана. Одна из них отбросила российские подразделения от северных окраин города, другая — с целью занять посёлок Ямполь — пробила восточный фланг российской группировки. Эти действия снизили риск быстрого падения Лимана.
К югу от Северского Донца российские войска продолжают наступать по двум направлениям: вдоль реки на Кривую Луку и южнее — в сторону Рай‑Александровки, расположенной примерно в 13 километрах от Славянска.
Купянск и северо‑восточная граница Украины
Осенью и зимой украинские войска провели контрнаступление в районе Купянска, в результате которого российская армия утратила контроль над центральной частью города и южными кварталами. Под контролем российских подразделений остались лишь северные районы по обе стороны реки Оскол, которая делит Купянск надвое. Одновременно продолжались попытки ударов по переправам через Оскол, используемым для снабжения украинского плацдарма на восточном берегу.
В последние дни российские войска возобновили наступление на центр Купянска в западной части города. Бои идут в районе городской больницы, где ранее, по сообщениям военных блогеров, оказалась в окружении и понесла тяжёлые потери одна из российских групп. Также штурмовые подразделения вновь были замечены у южного въезда в город — недалеко от стелы, на фоне которой зимой делал селфи президент Украины, заявляя об успешном контрнаступлении.
На восточном берегу Оскола российские силы продолжают попытки войти в посёлок Купянск‑Узловой, за которым расположены важные переправы. Одновременно идут бои за выход к реке южнее этого населённого пункта. Площадь украинского плацдарма на восточном берегу продолжает сокращаться, причём в последние недели — ускоряющимися темпами.
Сами по себе бои за Купянск не являются ключевыми в контексте основных сражений в Донецкой и Запорожской областях. Этот участок скорее имеет политическое значение, а также используется обеими сторонами для отвлечения резервов и внимания друг друга. Похожая логика «силового отвлечения» прослеживается и на других отрезках северного фронта у границы России с Харьковской и Сумской областями.
Приграничные районы: «санитарный кордон» и его ограничения
Российские войска создали уже более десяти плацдармов на украинской стороне границы, заняв несколько десятков сёл. В последние недели продвижение в приграничной полосе идёт более интенсивно. Несмотря на это, украинское командование пока не спешит направлять туда оперативные резервы: ни «пожарные» части, ни крупные соединения к границе практически не перебрасываются.
Во второй половине 2025 года и в начале 2026‑го приграничные районы были главным источником резервов для украинских войск на других направлениях. Похоже, в Киеве исходят из того, что нынешние вклинения не несут прямой угрозы глубоких прорывов в сторону Сум, Харькова и других крупных городов востока страны.
Тем не менее российский Генштаб продолжает усиливать давление в приграничной зоне, апеллируя к политической задаче создания «санитарного кордона» вдоль государственной границы. На практике же этот «кордон» пока не препятствует украинским ударам дронов и артиллерии по прилегающим к границе регионам России.
Динамика контроля над территориями и значение летней кампании
Графики изменения линии фронта за последние годы показывают: даже после периодов относительного затишья в мае–июне одна из сторон часто добивалась локального прорыва, который затем оказывал существенное влияние на ход всей кампании. Однако нынешняя насыщенность фронта дронами, рост роли артиллерии контрбатарейной борьбы и ограниченные мобилизационные ресурсы резко сокращают возможности для стремительных наступательных операций.
Летняя кампания 2026 года, по всей видимости, пройдёт под знаком локальных, но изнурительных боёв — с постепенным перемалыванием техники и живой силы и без быстрых изменений линии фронта. На большинстве рассмотренных направлений обе стороны сосредоточены не столько на захвате крупных городов любой ценой, сколько на подрыве логистики противника и срыве его планов по перегруппировке сил.
